Вадим Финкельштейн: Трамп всегда болел за Фёдора

Опубликовано 14 февраля 2017 года.

В эксклюзивном интервью RT президент лиги М-1 и бывший менеджер Фёдора Емельяненко Вадим Финкельштейн предположил, почему его бывший подопечный вернулся в спорт, рассказал об увлечении президента США Дональда Трампа боями ММА, раскритиковал известного бойца Конора Макгрегора, а также отметил растущий интерес к боям смешанного стиля

— В этом году М-1 исполняется 20 лет. Это довольно серьёзный срок для молодого вида спорта. Что удалось осуществить за эти годы? Какие события считаете ключевыми? 

— Много воды утекло... Первое событие, как сейчас помню, прошло 1 октября 1997 года в Санкт-Петербурге. Сейчас же мы строим специальную арену для М-1. В октябре очень хочется провести там какой-нибудь вечер боёв. Не знаю, получится или нет, потому что стройка — вещь непредсказуемая, но мы пытаемся успеть. Объект готов на 70-80%. Вообще в 2017 году хотим провести как минимум 14 событий, но может получиться и больше. Многие из них пройдут за рубежом: в Финляндии, Чехии, Германии, Корее, Китае. 

— В мире смешанных единоборств вы всегда считались новатором. Что удалось сделать такого вашего промоушену, чего до вас не делал никто? 

— Мы вообще ни на кого не похожи (смеётся). Прежде всего мы изобрели новый ринг для ММА — рейдж, что в переводе с английского означает ярость. Но с яростью рейдж никак не связан. С 1997-го по 2008-й М-1 проводил соревнования именно в клетке, но потом мы решили, что нужно менять формат на более спортивный. Всегда считал, что название «бои без правил» следует заменить на «смешанные боевые единоборства». 

— Почему? 

— На эту мысль меня натолкнули европейские телеканалы, которые в открытую заявляли, что не будут показывать бои в клетке. Они говорили, что это даже не похоже на спорт, а больше напоминает бои зверей. Как раз примерно в одно с нами время в Японии появился Pride, проводивший поединки в обычном боксёрском ринге. Единственное, они добавляли ещё пятый боковой канат снизу. Именно Pride тогда был ведущей организацией, собравшей под своей эгидой сильнейших бойцов. У именитого же UFC имелись серьёзные проблемы. 

— В какой-то момент поняли, что обычный ринг всё-таки для ММА не подходит? 

— Да. Никуда не годилось, когда люди падали с него, а их потом ставили на центр, как в Pride. Для смешанных единоборств такой формат был неудобен. Так у меня возникла идея создать ринг с элементами сетками, чтобы бойцы не вываливались с него, чтобы им было комфортно и безопасно. Так был создан рейдж, делающий поединки более динамичными. Возьмём Фёдора Емельяненко. Свои лучшие бои он провёл именно в ринге, так как Фёдор был очень быстрым бойцом. А теперь вспомните его поединок с Бреттом Роджерсом в 2009-м в клетке. Там они минуты две стояли у сетки и даже судья развёл соперников в стороны. Дело в том, что сетка, по сути, выполняет роль стенки, которая не даёт тебе упасть. В ринге же тебе не за что ухватиться, и динамика боёв повышается. Ушла и проблема с падением спортсменов с ринга. 

— Какие ещё были плюсы? 

— Поединки в рейдже удобнее смотреть зрителям. Я уже не говорю о телевизионщиках, которым сетка не закрывает обзор камерам и работать одно удовольствие. К тому же я не хочу быть похожим на другие промоушены. Сегодня, когда вы включите какой-нибудь бой, вы даже не сразу поймёте, кто его организует, UFC, Bellator или кто-то ещё. Все они стали одинаковыми, только спонсоры и названия различаются. А я решил иметь своё лицо. Кому-то это нравится, кому-то нет. Не хотите — не смотрите. 

— Бывали случаи, когда другие организации обращались к вам за правом использования рейджа? 

— Конечно. Но мы не хотим никому предоставлять право проводить поединки в рейдже. Это наша идея. 

— В одном из интервью вы сказали, что некоторые европейские страны готовы показывать у себя поединки в рейдже, в отличие от боёв в клетке. 

— Это действительно так. У нас есть дистрибьютор, который занимается продажей телевизионных прав. Он признавался, что ему гораздо легче продавать именно наш продукт, так как мы не проводим поединки в клетке. Например, категорически против прежнего формата настроена Франция. Ну там вообще негативно относятся к смешанным единоборствам, так как имеется серьёзное лобби дзюдоистов, ревнующее к MMA. В последнее время это происходит и с борцами. Так, сейчас на Кавказе практически все залы переоборудованы под MMA. Все борцы, кикбоксёры переходят в этот вид спорта, потому что смешанные единоборства развиваются невероятными темпами. 

— Было время, когда вы организовывали события в США. Какие впечатления остались от этого периода работы? 

— Мы провели в Америке два больших совместных турнира вместе со Strikeforce и Affliction. Также мы организовали четыре собственных события по контракту с телеканалом Showtime. Однако потом права на показ MMA выкупил UFC, и мы прекратили свою работу в США. Но M-1 Global — это всё-таки европейский промоушен. Раньше я распылялся на весь мир, а теперь придерживаюсь определённой стратегии. Когда у нас идут бои, в Америке люди мирно спят. Когда за океаном проводятся поединки, ночь у нас. Поэтому мы больше ориентируемся на Европу и Азию, потому что болельщики ходят смотреть события в прямом эфире. 

— Тем не менее M-1 приглашает бойцов со всего мира… 

— Это так. Нам важно, чтобы наши поединки были самыми зрелищными. Ни один человек в мире не может сказать, что в M-1 подсуживают русским. Скоро, например, встретятся наш Александр Шлеменко и американец Пол Брэдли. Скажу откровенно: мне неважно, кто выиграет, хотя душой я буду переживать за Сашу. Но главное, чтобы бой получился красивым и бескомпромиссным. Да что говорить, если в М-1 чемпионами не раз бывали французы, немцы, бразильцы. 

— Если человек хорош на ринге, будете за ним гоняться? 

— Без сомнения, хотя у нас есть тысяча бойцов. Наши спортсмены на сегодняшний день не уступают коллегам из других промоушенов. Этому есть и прямые доказательства. В прошлом году UFC переманил из М-1 шестерых бойцов. Так они там бьют всех. Тот же Хабиб Нурмагомедов начинал именно у нас. Так что берём бойцов, которые действительно чего-то стоят, а не просто, как говорится, за красивые глаза. В М-1 работают два человека, с утра до вечера ведущие поиск интересных спортсменов как на Западе, так и в Европе. Они знают всех бойцов в мире, смотрят все поединки. К тому же М-1 не занимается такими вещами, как ведение отдельных спортсменов, отдельных чемпионов. 

— Долю в промоушене Affliction, с которым вы работали в США, имел нынешний президент страны Дональд Трамп. Чем он вам запомнился? 

— Совместно мы провели два соревнования. При этом все пресс-конференции проходили в отеле Дональда — Trump Plaza. Не раз встречался и с будущим президентом США. В прессе он потом весьма лестно высказывался о деятельности М-1. Трамп уже тогда говорил, что MMA — один из самых быстроразвивающихся видов спорта на планете и что за ним большое будущее. Хотя у нас не было плотного общения, так как я не владею английским в достаточной степени, на меня Трамп произвёл впечатление уверенного в себе порядочного бизнесмена. Во всяком случае, он всегда болел за Фёдора Емельяненко, это я точно знаю. Он был счастлив, когда Фёдор побил Андрея Орловского, несмотря на то, что белорус технически представлял Америку в том бою — он хорошо говорил по-английски и имел внушительную армию фанатов в США. Но Трамп поддерживал Фёдора. Я видел его реакцию после нокаута. Он бросился к рингу, чтобы поздравить россиянина. 

Финкельштейн: Трамп всегда болел за Фёдора Емельяненко 
— Вы даже писали в соцсетях, что, если бы была возможность, проголосовали бы за Трампа. 

— В России, наверное, каждый проголосовал за него. Надоело происходящее в последнее время. Не знаю, как Трамп будет дальше себя вести, но в мирных бизнес-переговорах можно достичь куда большего, нежели в войне. Я не политик, но хочется спокойно ездить в США и чтобы американцы спокойно посещали Россию, чтобы М-1 показывали в Америке. Хотя, признаться, не очень понимаю отечественные телеканалы, охотно транслирующие бои в рамках иностранных промоушенов. Считаю, что нужно пиарить в первую очередь своих героев. 

— Может быть, дело в нехватке героев? 

— У нас в России есть куда более достойные ребята, чем Конор Макгрегор, о котором так много говорят. Лично для меня ирландец не является примером. Макгрегор — просто гопник, который позволяет себе посылать всех на три буквы, за счёт чего, собственно, и стал популярен. Разве можно его назвать образцом для нашей молодёжи? Другое дело Александр Шлеменко, Фёдор Емельяненко, Александр Токов, тот же Хабиб Нурмагомедов. Это все скромные, семейные порядочные и верующие люди, не имеющие никакого отношения к криминалу. Они действительно герои. Кстати, не думаю, что Макгрегор выиграет, если Хабибу позволят с ним биться. У ирландца вообще шансов не будет. 

— Продолжая тему политических лидеров, М-1 — это, наверное, единственный промоушен, бои которого посетил Владимир Путин? 

— Теперь получается, что наши бои посещали два президента — Путин и Трамп (смеётся). Вообще, приходил к нам и Сильвио Берлускони. За 20 лет я провёл более двухсот турниров. Через М-1 прошло более 1500 бойцов. Кто только не выступал у нас: те же Орловский, Нурмагомедов, Алистар Оверим. 

— В ближайшее время в Санкт-Петербурге состоится турнир М-1 Challenge 74, в рамках которого пройдёт бой между футбольными фанатами ЦСКА и «Спартака». Как вам в голову пришла идея такого поединка? 

— Это только начало, так как я рассматриваю данный проект как социальный. Есть тысячи людей, желающих выступать в М-1, но мы даём шанс именно ребятам, дерущимся на улице. Почему? Это сильные молодые парни, которые просто не знают, куда себя деть. Мы же даём им толчок, чтобы они шли в залы, принимали участие в различных турнирах, а не бились где-то в подворотнях. А в этой среде достаточно действительно талантливых людей, которые способны зарабатывать деньги на смешанных единоборствах. У них вся жизнь впереди. Вообще, я хочу брать подобных ребят не только из России, но и из других стран. Очень хорош в этом плане пример Сергея Романова, который в 14-15 лет дрался за фанатов «Динамо», а сегодня является одним из ведущих бойцов. Может, нас поддержат и футбольные клубы, ведь чем больше фанатов будет заниматься спортом, тем меньше будет заварушек на улице. 

— Недавно известная ринг-гёрл Анжелика Андерсон заявила, что хочет отложить в сторону табличку и лично выйти на ринг. Как относитесь к женскому MMA? 

— Я не против, но сам не занимаюсь слабым полом, потому что в России на сегодняшний день просто нет женщин-бойцов высокого уровня. Как только они появятся, обязательно организуем турнир. Что касается Анжелики, то она может послужить примером и привести в смешанные единоборства некоторую долю девушек. Я бы дал ей бой в рамках одного из вечеров М-1, при этом соперницу Анжелике подобрал бы соответствующую по уровню. 

— М-1 для вас это больше социальный проект или бизнес? Ведь на смешанных единоборствах в России заработать очень тяжело. 

— Из каждого полезного дела можно слепить бизнес. Чем популярнее становится промоушен, тем активнее идут на стадион зрители, тем больше денег дают рекламодатели. Как зарабатывает UFC? Они зарабатывают на фанатах, которые платят за трансляции, платят за футболки. UFC потому и забирает наших лучших бойцов, что у них больше средств. Они получают серьёзные деньги от телевидения, в том числе от российского. Моя задача сделать так, чтобы М-1 тоже платили. У нас уже есть контракты с ТВ. Но надо расти. Пока мы делаем слишком мало событий. Если взять прошлый год, М-1 организовало 10 вечеров, тогда как UFC — 50! Телеканалу будет интересно работать с промоушеном только в том случае, если он проводит около двух мероприятий в месяц или 24-25 в год. В этом году М-1 поднял планку до 14 событий. Возможно, будет больше. К нам уже пришли новые крупные партнёры. 

— Если рассматривать любительский ММА, то Россия идёт впереди планеты всей? 

— С большим отрывом. Во многом это связано с тем, что отечественную федерацию смешанных единоборств возглавляет Фёдор Емельяненко. Он служит примером для молодых ребят. Люди хотят быть похожими на него. В прошлом году в чемпионате России приняло участие более 7 тысяч человек! А профессиональное ММА — это больше продукт промоушена. Если мне скажут, что Макгрегор — сильнейший боец планеты, я рассмеюсь. Таких, как Конор, в ММА было великое множество. Он хороший спортсмен, но в большей степени он является пиар-машиной. Его очень грамотно ведут по дистанции. 

— Как складываются отношения с другими российскими промоушенами? Нет идеи организовать общий турнир? 

— А как это сделать чисто физически? У меня есть контракты с бойцами, с телевидением. Неужели кто-то из других промоушенов даст мне своих чемпионов? Нет, конечно. Здесь проблема заключается в контрактных обязательствах. Вообще не особо сильно ощущаю присутствие других российских промоушенов. У нас нет проблем с продажей билетов. Разве что бойцов пытаются увести, но так бывает часто. А так эти промоушены — наши коллеги. Все вместе мы расширяем аудиторию ММА. 

— Вернёмся к грядущим поединкам. В рамках М-1 Challenge 75 встретятся Шлеменко и Брэдли. Как получилось организовать этот бой? 

— Долго вели переговоры с Шлеменко, ведь у Александра есть обязательства перед Bellator. То есть он может выступать в других промоушенах, но обязан получить на это разрешение. Мы хотели организовать бой с Рамазаном Эмеевым, но тот травмировался. Потом мы переключились на Токова, однако и тут не успели. Тогда, перелопатив весь список возможных соперников, договорились с Брэдли. Он является очень крепким бойцом. Поединок получится интересным, как и сам вечер в Москве. Кстати, мы заключили двухлетний контракт с «Олимпийским». Теперь будем проводить столичные события именно там. 

— Не было сложностей с приглашением американского бойца с учётом сложившейся в мире ситуации? 

— Нет. Весь негатив остаётся в политической плоскости, а в США М-1 хорошо знают. Местные бойцы не боятся ехать на наши бои, пусть даже на Кавказ. А ведь прежде иностранцы боялись там выступать: дескать, регион опасный. 

— Однако сам Брэдли сказал, что в России задерживаться не хочет, а проведёт бой и сразу уедет. 

— Думаю, посетив Москву, он изменит своё мнение. Россия — очень гостеприимная страна. Если где-то из россиян делают монстров — это откровенный бред. 

— Фёдор Емельяненко в феврале проведёт бой в рамках Bellator. Кому больше выгоден этот поединок, промоушену или Фёдору? 

— Думаю, больше выгоды извлечёт Bellator. Емельяненко подобрали очень непростого оппонента — Мэтта Митриона. Встреча между ними должна получиться интересной. 

Финкельштейн о предстоящем бое Емельяненко: Это будет хороший поединок 
— Раньше, когда вы были промоутером Фёдора, к вам обращались из Bellator или UFC? 

— Конечно. Мы были в шаге от подписания контракта с UFC. Но сейчас там сменилась команда, и даже непонятно, с кем разговаривать. Лично для меня возвращение Фёдора в спорт стало огромным сюрпризом. В 2012-м, когда он заканчивал, я пытался вернуть Емельяненко, но он был непреклонен. 

— Как думаете, почему он решил вернуться? 

— Соскучился, мне кажется. (улыбается) Когда бойца лишают спорта, ему становится очень тяжело. В какой-то момент Фёдор почувствовал усталость, но потом отдохнул и понял, как ему не хватает ММА.

Автор: Борислав Головин, Денис Гейко

Комментарии

Вспомнить пароль   Регистрация